Восприятие времени при тревожных и депрессивных расстройствах в пожилом и старческом возрасте (Мат


Пожилой и старческий возраст принято рассматривать как второй возрастной пик тревожных и депрессивных расстройств (Г.С. Никифоров, 2007). Частота тревожных и депрессивных расстройств на данный момент составляет от 9% до 30% (Т.П. Денисова, Л.И. Малинова, 2008). Это связано с тем, что происходящие сложные эмоциональные пертубации заставляют пожилого человека по-иному смотреть на настоящее, так как будущее сулит отрицательные эмоциональные переживания, например болезни, которые меняют всю социальную ситуацию развития человека в пожилом и старческом возрасте. Утрата возможностей, ощущения своей социальной неполноценности и ограниченности полезности семье и окружающими, являются ведущим факторов влияющим на картину тревожных и депрессивных расстройств (В.Л. Ефименко,1975; Е.С. Авербух, М.Э. Телешевская, 1976; Н.О. Бицадзе, 2002; В.Н. Ярыгин, 2010 и др.). Данные расстройства влияют на способность воспринимать время и самореализоваться во времени. От способности воспринимать время в пожилом и старческом возрасте зависит соблюдение физической, интеллектуальной и социальной активности и других факторов, определяющих качество жизни и возможности социальной и трудовой реабилитации при тревожных и депрессивных расстройствах (J.H. Wearden, 2004).

В рамках клинико-психологического обследования пациентов пожилого (55-74 лет; n=25) и старческого возраста (75-90 лет; n=15) на базе КДЦ № 2 наблюдались следующие жалобы: «жалость к себе» (60%), «тревога» (60%), «чувство пустоты и одиночества» (60%), «апатия», «слезливость» (80%), «разочарование» (80%), «сильное раздражение», «обидчивость» (60%) и др. У 60% испытуемых преобладали субдепрессивные и 40% депрессивные состояния. Т.е. на передний план в эмоциональной сфере выступали депрессивно-тревожные и фобические компоненты, формирующиеся в депрессивно-фобические, тревожно-астенические, депрессивно-ипохондрические, неврастенические и другие синдромы (по ГШД-30). Восприятие времени в пожилом и старческом возрасте меняется. Идеализация прошлого преобладала у 70% пациентов пожилого и старческого возрасте, вспоминали прошлое с неприятным чувством лишь 5% (Галина (74[1]): «вся моя линия жизни заботы и переживания, мое прошлое это все плохое и ужасное, в нем нет ничего хорошего…в настоящем же я отдыхаю от прошлого»; Валерия (64): «я его забыла… было в основном плохое много травм…»; Анастасия (81): «что беспокоиться о прошлом…оно ушло…нет его»). В на вопросы: «Вы с надеждой смотрите в будущее?» и «Вы часто беспокоитесь о будущем?» лишь 10% пациентов ответили положительно, остальные 90% отвечали отрицательно (Георгий (73): «какое будущее в 70 лет, беспокоят сильные боли от которых я устал…я не знаю куда себя приспособить»; Надежда (68): «у пенсионеров будущего нет и не может быть…пока я работаю это мое будущее время»). Испытуемыми «время» описывается как: «мчащийся поезд» (75%), «ползущая черепаха» (10%), «бурлящий водопад» (10%), «спокойный океан» (5%). «Время» пациенты в пожилом и старческом возрасте понимают как: «время жизни…она прошла, накопила болячек, и обиды на себя что не уберегла себя от них» (68), «это изменения, сейчас я ношу ортопедическую обувь и дуют ноги, теперь нет красивой обуви как в молодости и тонких ножек» (71), «это стремящаяся вперед в пустоту дорога» (81), «человек проживает одну жизнь и он умирая дает волю жить другому…это изменения череда изменений» (68). При расспросе пациентов о том если бы у них была возможность вернуться в прошлое, перенестись в будущее или остаться в настоящем: 67% пациентов отвечали, что предпочли бы остаться в прошлом (Анна (68): «там я чувствовала себя хорошо…и передать не могу свои ощущения когда родились у меня дочери…когда родилась вторая дочка»; Надежда (68): «в прошлом было все тихо и спокойно я была нужна и дочери и сыну, сейчас же когда я стала больная и старая я не нужна им они отдалились от меня…у них своя семья»).

[1] В скобках указан возраст испытуемых