Что такое благоприятное течение старения?

November 15, 2017

 

 

 

Часто исследователи в области геронтологии (Е. Авербух, М.А. Пальцев, A.S. Warthin, H. Sherman и др.) рассматривали процесс старения часто как senectus ipsa est morbus, т.е.  протекающий  всецело в дефицитности, инволюции и угасании различных систем организма. Понятие «инволюция» означает «обратное развитие», «угасание», движение назад к исходным позициям. За последние 5 лет все кардинально изменилось за последнее время в связи с пересмотром многих взглядов на старение.  Вспомним, что еще С.П. Боткин и И.И. Мечников (1908) считали термин «инволюция» в отношении старения - ошибочным. И.И. Мечников указывал, что «старость -  явление, которое может быть изучено методами точной науки, а последние со временем, быть может, установят правила для сохранения здоровья и сил в настоящее время часто приходится уже прибегать к общественной благотворительности <…> следовало бы организовать систематические исследовании старости, чтобы определить род пищи и наилучшие условия сохранения деятельности в преклонном возрасте». Вместо «инволюции» процесс старения И.В. Давыдовский предлагал обозначать термином «геронтогенез», который обозначил как длительный, качественно своеобразный, сложный, противоречивый процесс, имеющий свой специфические фазы и ведущий в конечном итоге к увяданию и смерти. И.В. Давыдовский рассматривал старость как возрастно-специфическую форму адаптации к среде, как «стесненную в своей природе жизнь», появление которой нельзя приурочить к определенной дате. Он считал, что «старость не является болезнью» в современном понимании этого слова. Старость как правило болезненна и тут он с одной стороны прав с другой стороны нет. Эта болезненность естественна в том смысле, что она отражает естественные, сущностью старения обусловленные недуги, которые могут возникать у человека в старости, но ведь мы знаем. Современное состояние точек зрения на геронтогенез характеризуется отказом от инволюционной парадигмы понимания старения и старости. На современном этапе развития геронтолологии, геронтопсихологии и геронтопсихиатрии под геронтогенезом понимают динамические явления, связанные с преобладанием темпов деструктивных процессов над реконструктивными, а под старостью – достижение некоторого предела этих изменений.

Вслед за нашими итальянскими коллегами геронтогенез мы рассматриваем через призму популяционного и индивидуального аспекта (R. Fernandez-Ballesteros et al, 2005).

  • Популяционный аспект рассматривает старение с точки зрения демографического аспекта, социальной политики и программ. Большое количество работ показывает, что продолжительность жизни человека постоянно растет за последние 160 лет (J. Oeppen и J.W. Vaupel,  Díez-Nicolás & Fernández-Ballesteros, 2002). Увеличивается количество пожилых людей с различными синдромами нормального старения с последующим риском развития у них соматических (артериосклероз, рак, диабет, болевые феномены и др.) и психологических (аффективный и психотический спектр расстройств) расстройств.  Исследования, проведенные показали, что в среднем у одного обследованного пожилого и старческого возраста регистрировалось 7,6 заболевания.  Так, в возрастной группе 60-74 в среднем на одного человека приходилось 6,8 заболевания, в возрастной группе 75-89 – 7,7, 90 лет и старше – 8,5 заболеваний.

В связи с этим актуальным является вопрос об охране физического и психического здоровья людей особенно в возрасте от 65 лет и выше с целью повышения субъективного благополучия в пожилом возрасте. Тем не менее, сама идея, что существует необходимость в различных интервенциях для достижения благополучия в пожилом возрасте находиться в противоречии с имеющимися тенденциями понимания старения (Rowe и Kahn, 1998). Существуют следующие направления интервенций в пожилом возрасте: 1) укрепление здоровья, физического состояния и профилактика инвалидизации; 2) оптимизация и компенсация когнитивных функций; 3) эмоциональное и личностное развитие; 4) максимизация социальной активности.

  • Индивидуальный аспект относится к понимаю старения как возраста качественных и количественных изменений.

В геронтологии различают следующие виды старения:

  • Нормальное (естественное, физиологическое) старение, которое характеризуется определённым темпом и последовательностью возрастных изменений, соответствующих биологическим, адаптационно-регуляторным возможностям данной человеческой популяции;

  • Ретардированное (замедленное) старение, отличающееся более медленным, чем у всей популяции, темпом возрастных изменений. Предельным проявлением этого типа старения является феномен долголетия;

  • Преждевременное (патологическое, ускоренное) старение. Для него свойственно ранее развитие возрастных изменений или более ярко их проявление в тот или иной возрастной период.

По сей день продолжается дискуссия о преобладающей модели болезни рассматривающей заболевание через призму биологических показателей. Например, понимание старения как возраста роста возрастных недугов и болезней, потери автономии, инвалидизации.  Эти биомедицинские модели не оставляет места для социально-психологической оценки болезни. Интерпретация фактов о возрастных недугах и болезней при старении через призму традиционной биомедицинской модели болезни приходят к парадоксальности в том, что одни люди с плохими медицинскими анализами чувствует себя больными, а другие чувствуют себя хорошо, несмотря на ряд симптомов. Наблюдения Dubos (1959) показывают, что здоровье не может быть определено только с точки зрения биомедицинских атрибутов, но должны быть измерять способности субъекта функционировать в форме, приемлемой для себя и для группы, часть которой он является. Ведущий геронтопсихолог М.Д. Александрова указывает на то, что «для научного познания индивидуальности старого человека важно, выяснить, как в процессе всей жизни формировался именно такой, а не другой старения, какие факторы способствовали этому». Стареющегося человек следует изучать (обследовать) как индивида с определенным набором психофизиологических свойств, как личность с присущими ей социальными ролями, ценностными ориентациями и статусом и, наконец, как индивидуальность, где все неповторимо связано со всем.

Напомним, что в  1977 г. D.L. Engel предложил биопсихосоциальную модель, чтобы показать основания для понимания детерминант болезни. Он установил, что биохимические отклонения от обычного состояния организма – это еще не болезнь. Заболевание есть результат взаимодействия многообразных факторов, в том числе на молекулярном, индивидуальном и социальном уровне. Медицинская модель должна рассматривать пациента многомерно, учитывая его социальный контекст, в котором он живет и дополнительные системы, разработанные обществом для борьбы с разрушительными последствиями болезни. Отличительные особенности биопсихосоциального подхода от биомедицинского были предложены B. Bertolino, G. Schuilhei представлены на рис. 1

 

Рис. 1 Ключевые положения подходов к пониманию болезни (по B. Bertolino, G. Schuilhei)

 

 Биопсихосоциальная модель позволила сместить акцент понимания старения как периода деградации на понимание его с точки зрения периода «долгосиятельства» или «успешного старения» (successful aging). Представление о старении не может оказаться полным и цельным без учета благоприятных случаев, которые лучше, чем какие-либо другие варианты, характеризуют старение, присущее человеку. Например, в литературе есть указания на рост среди людей пожилого возраста феномена «super elders». Эти варианты, будь они обозначены как успешные, удачные, благоприятные, здоровые отражают их выгодное положение в сравнении с другими формами старения (например, преждевременному старению). Для описания процесса старения недостаточно учитывать только степень физиологического функционирования. Эта точка зрения не соответствует принципу гетерохронии развития или парадоксу возрастной изменчивости (age invariance paradox). Если не учитывать этот принцип, то это будет способствовать отстранению пожилых людей от благоприятного процесса старения. Большинство предыдущих биомедицинских моделей болезни не могли в достаточной степени объяснить субъективные перспективы жизни пожилых людей. Интерес к «успешному старению» смещает акцент с  понимания старения по принципу: «болезнь – инвалидность – слабоумие – смерть», на понимание «успешной», «здоровой», «продуктивной» старости с наличием физических и психологических ресурсов (сильных сторон).

Согласно данным многочисленных исследований, были показаны следующие аспекты старения:

  • Пожилой возраст не является единственным определяющим фактором процесса  развития его стабильности и снижения. Следует учитывать  культурно-исторические, социальные и личностные факторы (Lher, 1989; Mechanic, 1995; Rickelman, Gallman, & Parra, 1994; Schoenfeld, Malmrose, Blazer, Gold, & Seeman, 1994)

  • Старение лучше представлять как изменение соотношения между «приобретением» и «потерей». Пожилые люди могут компенсировать болезненные недуги связанные с здоровьем и могут оставаться довольны своей жизнью. Таким образом пожилые люди не только справляются с снижением различных функций, но они продолжают активно развивать себя в многочисленных сферах (P. Baltes , M. Baltes);

  • В течение человеческой жизни есть дифференциальные модели  стабилизирующие множество  биомедицинских, психологических, поведенческих и социальных факторов. Пожилые люди не согласны с стереотипным восприятием старения  как негативного периода жизни человека. Пожилые люди, могут восприниматься хронически больными, но часто  они не считают себя больными. Многие пожилые люди считают, что их возраст не так страшен, и не всегда сводится только к снижению и образованию болезней. Самоидентификация здоровья в пожилом возрасте является наиболее распространенным критерием успешного старения, а также является весьма значимым предиктором смертности (Heckhausen and Schultz, 1993);

  • Не существует изоморфизма между биомедицинским, психологическими и социальные процессами при понимании старения  (Gould, 1977);

  • Существуют заметные индивидуальные различия проблем старении на протяжении всего жизненного цикла.  Есть люди которые стареют естественно, а есть преждевременные формы старения в патологической форме. Пожилые люди показывают положительное субъективное ощущение благополучия и удовлетворенность собственной жизнь. В связи с этим важно учитывать парадокс возрастной изменчивости (Diener & Suh, 1997; Kunzmann, Little, & Smith, 2000; Smith, Fleeson, Geiselmann, Settersten, & Kunzmann, 1999; Schroots, 1993);

  • Взаимодействие пожилого человека и окружающей среды существенно влияет на форму протекания  старения (Rowe & Khan, 1998).

Согласно результатам приведенных исследований за последние двадцать лет наблюдается формирование новой парадигмы понимания процесса старения под различными названиями: «активное» (A. Bowling, 2008; WHO, 2002), «компетентное» (Fernández-Ballesteros, 1986, 2002; Schroots, 1995; Schroots, Fernández-Ballesteros & Rudinger, 1999), «продуктивное» (H. Kerschner, J. Pegues, 1998), «здоровое» (L.L. Bryant et al, 2001), «позитивное» (H.Kendig, C.Browning, 1997) «успешное» (Rowe & Khan, 1998, Baltes & Baltes, 1990) старение. Стоит отметить, что ведущими странами по изучению успешного старения являются: США, Испания и Италия.

 В рамках этой парадигмы здоровье понимается как состояние полного физического, душевного и социального благополучия, а не только как отсутствие болезней или физических дефектов (WHO, 2012). Парадигма успешного (благоприятного, здорового, продуктивного) старения отходит от биомедицинской парадигмы. Новая парадигма способствует поиску факторов и условий, которые помогут определить потенциал старения и способы изменения старения в положительную сторону. Успешное старение должно быть описано многомерно, непрерывно, вместо дихотомического способа оценки старения по типу хорошо/плохо или потеря/приобретение.

R. Fernández-Ballesteros исследовав современные проблемы геронтогенеза предлагает следующие положения парадигмы успешного (благоприятного) старения:

  • Старение, является процессом без четкого начала и происходит на протяжении всей жизни человека.

  • Старение связано с генетическими, биологически и психологическими факторами. Также с экологическими, экологическими, культурными и социальными условиями в данном историческом контексте жизни пожилого человека.

  • Старение, является инвариантной формой развития. Человек может сделать очень многое, чтобы быть субъектом собственного благоприятного старения.

Таким образом индивидуальный аспект старения связан с пониманием пожилого возраста через призму социально-поведенческой концепции с учетом постулата, что человек является активным лицом и может влиять на собственное будущее (Bandura, 1997). Ярким примером применения парадигмы успешного старения является испанская программа для поддержания успешного старения «Vivir con Vitalidad-M». Данная программа направлена на оптимизацию ряда аспектов процесса старения (Fernández-Ballesteros, 2002). Однако данные программы единичны в своем виде.

По сей день центральными вопросами современной геронтологии при исследовании старения и путей интервенции для улучшения качества жизни являются: определение понятия успешного старения, критериев и моделей развития.

Please reload